Под эмалью

31 августа 2017 года
Скульптуры «Тело-текст» Елены Булай, выпускницы 2017 года программы «Иллюстрация» БВШД

В Artplay с 25 августа по 3 сентября проходит масштабная выставка «180°» студентов и выпускников Британской высшей школы дизайна. На выставке представлены лучшие работы десяти российских программ дополнительного профессионального образования. Особенное впечатление у нас оставил проект «Тело-текст» Елены Булай, выпускницы курса Виктора Меламеда «Иллюстрация». Мы попросили автора рассказать, что скрыто под эмалью скульптур, представляющих курс иллюстраторов.

Елена Булай:
«Тело-текст — это серия скульптур о телесности, о некоей болезненной чувственности, о деформации тела и духа в столкновении плоти. Она о внутреннем одиночестве и внешнем единении, о борьбе, смирении и возрождении. Тема зародилась за полгода до диплома, когда мы занимались под руководством Павла Гришина. Мы создавали коллажи и на их базе писали живопись. Этот же метод я использовала для работы над эскизами скульптур. Коллаж — это довольно случайная техника, где, как мне кажется, многое зависит от подсознания. Тогда же я начала работать в керамической мастерской, и глина настолько меня захватила, что это единственное, чем мне хотелось заниматься. При этом мне безумно нравился процесс работы над формой, сопротивление материала, поиск компромиссов, но я совершенно не понимала, как работать с цветом. И одной из главных задач в моем дипломе было объединить мою живопись и керамику.
Безусловно, моя серия о плоти, о сексе, о трансформации людей. Два человека сталкиваются, и так или иначе меняют друг друга. Я постаралась сделать это напряжение, градус эмоциональных состояний зримыми.

Что вообще такое керамика? Прежде всего, это тактильность. Глина — живой материал, с ней очень приятно работать. Но самое главное, это магия, волшебство, вечный эксперимент. Ты никогда не знаешь, что получится в результате. Все зависит от множества факторов: состава глины, состава глазури, пигментов, ангобов, температуры обжига.

Два месяца я экспериментировала с пигментами, солями и оксидами, одновременно с лепкой делая цветовые пробы, добивалась нужного мне впечатления. В целом, процесс выглядит так: лепится скульптура из шамота (глины с добавлением керамической крошки), я использовала два разных вида: крупнозернистый черный до обжига, превращающийся в желто-бежевый после, и фарфоровый почти белый шамот с мелкой фракцией. После скульптура «выгрызается» изнутри, чтобы ускорить процесс сушки, который занимает от одной недели до трех, в зависимости от размера. Если изделие не досушить, то оно может взорваться или треснуть в печи.

Перед первым обжигом я делала базовое цветовое покрытие шликером (жидкой фаянсовой глиной), замешанным с пигментами. После обжига добавляла еще цвета ангобами, рисовала поверх специальными мелками, царапала скульптуры, чтобы добиться плотной фактуры, кое-где использовала соли и оксиды, которые потом вступали в реакцию с глазурью. Последний этап — покрытие всей поверхности единым слоем бесцветной глазури, причем до обжига она выглядит непрозрачной белой массой, и перед тобой оказывается вновь девственно-белая вещь. Зато после второго обжига, когда глазурь становится прозрачной, цвет начинает жить под ее слоем, он часто меняется до неузнаваемости. Вещь перед финальным обжигом и после — это два совершенно разных объекта, цвет меняется кардинально, и момент, когда достаешь еще горячее, почти обжигающее изделие из печи волшебен».

Фото: Алексей Совертков

Другие новости